Весь вечер на арене братья Маэлы

Группа называется Sparks, и как мне объяснили редакторы, существует уже более двадцати лет. Их музыка энергичная и зажигательная. Слушая ее, трудно усидеть на месте, ноги сами пускаются в пляс. Под их мелодии хочется шалить и проказничать, хочется отправиться в ближайший магазин и попытаться найти тот альбом Sparks, которого еще нет в коллекции.

Как правило, музыканты придерживаются какого-то одного выбранного жанра, чего нельзя сказать о Спаркс. Эти двое любят играть с разными стилями, экспериментировать, сочетать несочетаемое, что-то придумывать. Это сразу отличает Маэлов от других музыкантов. Как же можно классифицировать их музыку? А никак. Названия для этого сумасшедшего стиля еще не придумали, но он уже существует и собирает толпы восторженных фанатов. Один из братьев, всегда серьезный Рон Маэл восседает за своими клавишами, как царь и бог в этом мирке, ограниченном этим понятием «здесь и сейчас». Другой брат – Рассел Маэл выглядит более дружелюбным и живым, поет кристально чистым фальцетом. Если мюзик-холл поженить с глэм-роком, а потом приправить это дело электропопом, то мы получим нечто весьма отдаленно напоминающее шальное безумство музыки Sparks. При всей своей масштабной с претензией на серьезность программы Спарксы совершенно не забивают себе голову правильными смешениями стилей, напротив! Они только рады лишний раз побезобразничать на сцене. Они получают истинное удовольствие от того, что делают, чего не могут себе позволить многие звезды, которые только и думают о выгоде и материальной стороне дела. Тут уж не до удовольствия.

А Sparks – они другие. Возможно это оттого, что их музыка берет свое начало из 60-х, когда мир был совершенно иным, нежели сейчас. А теперь самое интересное: братья Маэлы – чистокровные американцы. Что представляет собой американская музыка? Это в первую очередь Nirvana, Pearl Jam, Limp Bizkit, а во вторую – Бритни Спирс, Джанет Джексон, Уитни Хьюстон. Следует упомянуть еще и кантри, это так… к слову. А как же Sparks? Они совершенно не вписываются в общепринятые рамки, однако они существуют. Журналисты подвели итог: «Sparks – это лучшая британская группа, которая когда-либо приходила из Америки.

Обложку дебютного альбома украшают физиономии пяти аутсайдеров, один из которых несколько высокомерно взирает на остальных. Как вы уже, должно быть, догадались, это Рон – клавишник и автор стихов. Основную работу он совмещает с фотографией и дизайном. До прихода в группу Рон работал на звукозаписывающей студии Тодда Рандгрена «Bearsville», где занимался оформлением пластинок. Симпатичный парень рядом с ним – его брат Рассел Маэл. Он окончил школу киноискусства, и теперь вокалист группы Sparks. На заднем плане – гитарист Эрл Мэнки, бас-гитарист Джим Мэнки и барабанщик Харли Файнштейн.

Все началось с того, как двум братьям взбрело в голову создать собственную рок-группу для наилучшего самовыражения. Причем изначально групп было две, а в 1967-м Маэлы решили объединиться. В 1970-м к дуэту присоединились братья Мэнки и Файнштейн. Команда получила название Halfnelson. Немалую роль в становлении группы сыграла работа Рона Маэла на студии Bearsville Records. Известный музыкант Тодд Рандгрен разглядел в молодом коллективе огромный потенциал и отправил их в студию записывать свой первый альбом Halfnelson. Еще одним человеком, поверившим в Маэлов, был Джеймс Лоу, бывший вокалист психоделических Electric Prunes. Вместе с Рандгреном молодые люди записали свой первый проект и остались очень довольны друг другом. Рандгрену результат понравился, но кроме него альбом больше никто не оценил. Диск вызвал некоторое оживление в Алабаме, где на тот момент находились музыканты, но остальная Америка его просто проигнорировала. Тогда в студии звукозаписи решили, что необходимо сменить название и начать все заново.

Так в 1972-м году появились Sparks. Под покровительством Джеймса Лоу они записали альбом A woofer in tweeter’s clothing, а диск Halfnelson был переиздан как второй альбом Sparks.

Теперь о музыке. Поп-музыка подкупает своей простотой и жизнерадостностью. Рок цепляет мощностью энергетики и звука. Sparks добавили к этому немного иронии и оттенок изысканности, который больше характерен для классических мюзиклов Роджерса и Хаммерштайна. И все это ребята играли с драйвом, но без фанатизма. Их песни звучали страстно и стильно, но в то же время сдержано. Остается только удивляться тому, как ловко Sparks удается балансировать между двумя крайностями. Четкие повторяющиеся ритмы некоторых композиций вызывают ассоциации с электропопом, хотя до его появления оставалось еще лет десять. Короче говоря, все это наводит на мысль о новой волне, исполняемой еще до ее рождения. Недаром журнал Creem называл Sparks самой многообещающей американской группой, а их музыку – не имеющей аналогов в мире.

Первый сингл Sparks «Girl from Germany» вызвал всеобщее оживление, но до «звездности» музыкантам было еще далеко. По крайней мере, Америка не смогла оценить их по достоинству. Как ни странно, в холодной и туманной Англии их ждал куда более теплый прием. Диск пришелся там ко двору и Маэлы впервые смогли ощутить пленительный вкус славы. В то время глэм был очень популярен среди британцев, а у тамошних поп-звезд мужчинам было принято наряжаться в женскую одежду, красить волосы, надевать высокие каблуки и щеголять в обтягивающих латексных комбинезонах. В местной прессе то и дело мелькали заметки о невероятном сходстве Sparks с восходящими британскими звездами Roxy Music, хотя это весьма спорный вопрос.

В Англии Рон и Рассел сразу почувствовали себя как дома, чего нельзя сказать о родной Америке, где любую песню Маэлов американская публика встречала крайне насторожено. Видимо особо одаренным не дано понять всю красоту и силу фальцета Рассела. Ну что ж, тем хуже для них.

Итак, музыканты спешно пакуют чемоданы, готовясь к отплытию к берегам туманного Альбиона, следуя по проторенному пути другого рок-эмигранта Лу Рида. Что касается братьев Мэнки, они решили остаться в Штатах, чтобы в дальнейшем войти в состав пост-панк группы Concrete Blonde.

В Англии братьев встретили Island Records и продюсер Мафф Уинвуд. Далее молодые люди озадачились поисками новых музыкантов для группы и вскоре нашли желающих. Новыми членами команды стали гитарист Эдриан Фишер, басист Мартин Гордон и барабанщик Норман «Дики» Даймонд. В новом составе группа уединяется в студии для записи своего очередного альбома Kimono My House (1974), где изначальный американский стиль Sparks перемешался с ультрамодным тогда течением – глэм-роком. Впервые на свет появился самый великий хит Спаркс – «This town ain't big enough for both of us». После его выхода популярность Sparks стала стремительно набирать обороты. Порой удачно сказанная фраза из вестерна может послужить названием классического трека. Под стремительную музыку клавишника Рона не менее стремительно и сильно звучит кристально-чистый фальцет Рассела. Композиция галопом проносится сквозь сознание слушателя и навсегда врезается в память. В британских чартах – второе место.

В том же году вышел еще один не менее сильный альбом Propaganda с не менее крутыми хитами – «At Home, At Work, At Play», «Something for the Girl With Everything», «Reinforcements» и «Never Turn Your Back on Mother Earth». К этому времени гитарист Фишер и басист Гордон покинули группу с тем, чтобы встретиться с ребятами из Radiostars. На их место пришли Тревор Уайт и Иэн Хэмптон. Эти изменения в составе никак не повлияли на качество записываемого материала – песни оставались все такими же безумными и исполнялись на одном дыхании.

Однако в любом творчестве не бывает все гладко, временами случаются осечки и к этому надо быть готовым. Так произошло и у Спаркс. После первых двух удачных альбомов третий их проект не содержал ни одного хита, хотя и нельзя сказать, что он был совсем слабым. Просто ничего выдающегося, что могло бы зацепить. Слегка разочарованные братья решают снова попытать счастья в Штатах и незамедлительно отбывают к себе на родину под предлогом «ужасной британской погоды». Но Америка по-прежнему остается невосприимчивой к творчеству Маэлов.

На американском радио музыке Sparks не нашлось место, впрочем, как и на местном телевидении. Тщетно пытаясь что-то сделать, Рон и Рассел ссорятся со своим продюсером, из-за чего дела идут еще хуже. Вышедший в то время альбом Big beat (1976) оставляет желать лучшего. Тогда свой следующий диск братья издевательски называют Introducing the Sparks (1977). Надо ли говорить, что и этот проект не произвел никакого впечатления на американского слушателя, что неудивительно. В мрачном расположении духа не стоит заниматься творчеством, поскольку велика вероятность, что ничего хорошего не выйдет. Довершает картину пофигизм и равнодушие наемных музыкантов. Как говорили критики, «Sparks слишком хороши для Америки».

Осознав, что в Штатах им ловить нечего, Маэлы вернулись в Европу, где их уже успели полюбить. Но на этот раз конечным пунктом своего путешествия музыканты избрали не Англию, а Германию. Там их ожидало плодотворное сотрудничество с мега известным мюнхенским диско-продюсером Джорджио Мородером, прогремевшим на весь мир с хитами Донны Саммер. Коммерческая хватка Мородера, помноженная на талант и неординарность братьев Маэлов дала неплохой результат. Вскоре был выпущен новый альбом Sparks Number One in Heaven (1979), представляющий из себя своеобразное арт-диско, лишенное обычной для такого жанра пресности стихов, но сохранившее зажигательные танцевальные ритмы.

Рожденный от этого союза насыщенный электронный звук впоследствии окажет огромное влияние на формирующийся технопоп, а так же на более поздние разновидности электронной танцевальной музыки. Заглавная композиция сразу же становится хитом во многих странах. Sparks снова на коне. Они выпускают еще один свой удачный альбом Terminal Jive (1979), а вслед за ним – сингл «When I m with You», который стал одной из самых сильнейших вещей группы. Помимо сценической деятельности Маэлы предпринимают весьма удачные попытки заняться продюссированием. Среди их подопечных – французские панки Bijou и бельгийский технопоп Telex (последним Рон помогает и с текстами).

А тем временем Европу и Америку накрыла так называемая «новая волна». Как потом стало известно, многие молодые музыканты называют Sparks основоположниками этого нового музыкального веяния. Devo, The Cars и прочие британские неоромантики явно наслушались в свое время Propaganda и Kimono My House. Вдохновленные успехом Маэлы перебираются Лос-Анджелес, где заново формируют группу, которая получает название Bates Motel. Новыми членами команды стали: Лесли Боэм (гитара, бас), Боб Хаг (клавишные), Дэвид Кендрик (ударные). В этом составе ребята выпустили ряд очень удачных альбомов – Whomp that sucker (1981), Angst in my pants (1982), In outer space (1983), Pulling rabbit out the hat (1984). Наконец-то Спарксы завоевали расположение американской публики. Особенный успех их ждал в Калифорнии. Энтузиазм, подпитываемый успехом, стал потихоньку иссякать, и в итоге в конце 80-х карьера братьев вновь пошла на спад. Интерес аудитории еще какое-то время подогревался «Cool places» (дуэт Sparks с экс-гитаристкой Go-Go's Джейн Уидлин, записанный в 1983-м году) и альбомом Music that you can dance to (1986) из-за ассоциаций с хитом «Number One Song in Heaven».

Bates Motel распадается, а Дэвид Кендрик садится за ударную установку Devo. После выхода последнего своего альбома Interior Design в 1988-м году в творческой карьере Рона и Рассела наступает длительный перерыв. Братья больше не записываются и лишь иногда дают единичные концерты в клубах, где исполняют свои старые хиты. Многие о них начисто забывают, но более преданные поклонники с нетерпением ждут возвращения своих кумиров. В числе их фанатов была и французская группа Les Rita Mitsouko, исповедующая «новую волну». В 1988-м году их пути пересекаются в Лос-Анджелесе, после чего братья Маэл участвуют в записи альбома Les Rita Mitsouko Marc et Rober. В дальнейших их концертах аккомпаниаторами выступают французы. Их совместный сингл «Singing in the Shower» вызывает в Европе (1989) настоящий бум, чего и следовало ожидать. Немалую роль здесь сыграл видеоклип Тима Поупа (постоянного автора клипов The Cure). Чуть ранее Siouxsie & The Banshees сделали неплохую кавер-версию «This town ain't big enough for both of us».

А тем временем Маэлы заняты работой над одним грандиозным проектом – экранизацией японской манги Mai the Psychic Girl, режиссером которой должен был стать Тим Бертон. Кроме того, братья занимаются оборудованием собственной звукозаписывающей студии, так что скоро они не будут нуждаться в услугах наемных музыкантов.

С началом 90-х в творческой деятельности Sparks наступил длительный период застоя. Когда в 1994-м году неожиданно для всех вышел их новый альбом, все поняли, что звездный дуэт так просто не сдается. С возвращением!

Выход из подполья был ознаменован синглом «National Crime Awareness Week», вышедшим в 1993-м году. Вскоре предложение о сотрудничестве братьям поступило от шотландской электронной группы Finitribe, которую на родине называли «альтернативными Pet Shop Boys». Свежезаписанный материал ясно иллюстрировал принципиально новое звучание Sparks – более мощный электронный звук был мелодичным, как никогда прежде. Дождавшись одобрения прессы и публики, Рон и Рассел взялись за работу над полноценным альбомом (запись происходила в Англии).

В 1994-м году сингл «When do I get to sing it my way» пронесся по верхам европейских чартов – на этот раз это мощный танцевальный хит. Этот альбом положил начало новой электронной эпохе Sparks. Теперь их музыка звучит настолько мощно и сильно, что порой кажется, что им аккомпанируют Pet Shop Boys и New Order вместе взятые. Особенное впечатление производит разнообразие стихов, насыщенных остроумными цитатами и аллегориями. По сути, этот проект выполнен в стиле постмодерн. Здесь нашлось место и для романтичного Фрэнка Синатры, и для свободолюбивой Скарлет О'Хара. Так же в этот проект попали образы Хилари Клинтон, Чарли Паркера, Теда Тернера и Сида Вишеса. Эдакий коктейль с ярким привкусом 90-х. Добавьте к этому меткий сарказм Маэлов, без которого не обходится ни один их проект, и вот перед нами очередное музыкальное безумство Рона и Рассела.

Sparks снова ждал успех. Все их прежние альбомы были переизданы, гитарист крутых Suede Бернард Батлер стал участником их лондонского концерта, исполнив тем самым свою голубую мечту. В Германии, никогда не видавшей «живых» Sparks, сингл «When do I get...» пользовался необычайным спросом. В 1997-м вышел Plagiarism, состоящий из девятнадцати треков: заново перепетые хиты при содействии Тони Висконти, Faith No More, Erasure, Джимми Соммервиля и других. Этот проект был своеобразным экскурсом в прошлое группы. Братья поставили себе задачу познакомить своих новых поклонников со своими лучшими творениями, ведь некоторых их сегодняшних фанатов еще на свете не было, когда в свет вышли Kimono My House и Propaganda.

В 2000-м году вышел последний релиз Sparks, записанный в их собственной студии – впечатляющий Balls. В этом проекте была задействована новая барабанщица группы – юная Тэмми Гловер. Новые композиции созданы в честь российской компании «Аэрофлот» («каждый полет – как приключение!»), а так же Шахерезады.

На правах рекламы:

Скачать бесплатно автомат казино vgrand-casino.ru/ и установит на комп.

японская косметика оптом

наушники оптом в Москве купить